ПОЧЕМУ УЛЫБАЛСЯ ПРЕЗИДЕНТ РФ

Михаил СМИРНОВ

Саммит ЕС - Россия. Событие, которое по шведскому ТВ еще накануне вечером вовсю называли историческим.
Корреспондент «ВК» побывал на саммите Россия - ЕС, прошедшем в Швеции. Обязательным условием для участия в поездке, организованной Евросоюзом, было хорошее знание английского языка. Но изначально все определял не только этот момент. При составлении списка российских областей, журналистов которых пригласят осветить встречу Дмитрия Медведева с президентом Швеции и другими первыми лицами Европы, все решала «большая политика».

А решено было так: наряду с, например, «проблемной» (и потому интересной для ЕС) Чечней и расположенным совсем близко к «европейцам» Калининградом, в список попала Вятка. Как «самая демократическая губерния России», где сейчас работают Никита Белых и Мария Гайдар. Так мне объяснил один из чиновников Евросоюза, пожелавший остаться неизвестным. У них вообще, похоже, так принято: в течение часа разговариваешь с человеком, он отвечает на твои вопросы и на вопросы твоих коллег тоже отвечает очень откровенно. А на прощание с улыбкой вдруг сообщает: это была встреча «не для цитирования» или же для цитирования «без ссылки на источник».

Дмитрий Медведев привез в Европу московские «пробки»

Об этом мы узнали уже в самолете, когда пресс-конференция по итогам саммита закончилась и все сидели в креслах самолета с защелкнутыми на поясах ремнями и выключенными мобильниками. Вдруг пилот начинает прокашливаться в микрофон и сообщает: «Как вы знаете, сегодня в Стокгольме проходит саммит Россия - ЕС, в котором участвует Президент РФ Дмитрий Медведев. Движение в городе из-за этого сильно затруднено. Короче, наш второй пилот сейчас наглухо стоит в пробке на пути в аэропорт. Как только он прибудет, мы сразу же взлетим. Спасибо».
Второй пилот застрял на сорок минут - я засекал по часам. Его коллега еще несколько раз выходил в «эфир» с рассказом о том, почему мы не взлетаем. При словах «Россия» и «Медведев» соседи по креслам - типичные европейцы - как мне показалось, нервно морщились. Мне вообще показалось, что они нас не очень-то любят. Хотя это их дело. И их же проблема.

«Друзей» у нас хватает...

Интересно, конечно: чем дальше от дома, тем ближе Президент. Причем даже в тех случаях, когда Президент - в твоем городе: во время визита Дмитрия Анатольевича в Киров корреспондент «ВК» (как и большинство представителей местной прессы) имел возможность наблюдать Дмитрия Медведева исключительно на телеэкране, установленном в здании правительства области (днем), и по телевизору дома (вечером) - в эфире Первого канала. На одном из съездов «Единой России» в Москве, с которого наша газета делала большой репортаж, Дмитрий Анатольевич уже был не «телевизионный», но все равно где-то там, далеко, в президиуме. И вот - Стокгольм, заграница, три часа лета от Москвы (и все четыре - от Вятки). Медведев - на расстоянии... всего пары метров выходит к микрофону. Улыбается - переговоры, которые он проводил в Швеции, удались. Или, правильнее сказать, прошли без тех сложностей, которые им пророчили.

Саммит ЕС - Россия. Событие, которое по шведскому ТВ еще накануне вечером вовсю называли историческим. И правда, итог получился в чем-то историческим: впервые после серии других таких саммитов Россию на нем не учили жить, почти не ругали за Южную Осетию, Чечню и «дело Ходорковского». Встретились - поговорили, по-деловому, как сообщают информагентства, обсудили вопросы, решили развивать отношения дальше. Россия хочет в ВТО, но не все в Евросоюзе хотят нас туда пускать («друзей»-то хватает). Теперь, судя по всему, будет легче - по разным направлениям. Среди которых и получение россиянами европейских виз. «Существующая система предоставления виз, объективно говоря, мешает нормальным обменам между представителями бизнеса и обычными людьми, - говорит Медведев. - Она создает проблемы для въезда в наши страны, она создает проблемы в трудоустройстве».

О том, как Россия будет присоединяться к ВТО, Дмитрий Анатольевич сказал так: «Решим в ближайшее время. Но главное для нас - это скорость. Поэтому, какой путь окажется короче, тем путем мы и пойдем». Представители Евросоюза в свою очередь сообщили, что готовы помочь России - в том числе и в плане модернизации экономики.

Про обязательную тему всех саммитов Россия - ЕС - изменение климата - тоже вспомнили: европейцев порадовало заявление Дмитрия Медведева о том, что Россия будет стремиться к сокращению выбросов в атмосферу до 25 процентов, а не 15, как планировалось ранее. Как удастся добиться этого? За счет увеличения энергоэффективности и модернизации производства в России. Ну а Европа, как уже было сказано, в этом нам поможет. Замкнутый круг, который в данном случае - вещь совсем неплохая.

Время сворачиваться калачиком

Кроме Стокгольма наша журналистская группа побывала и в Брюсселе - в штаб-квартире Европейского союза, где встречи с представителями ЕС шли одна за другой. И говорили на них не только о Европе, а о России, нашей свободе слова и, конечно, Чечне. В среднем - час разговоров с каким-то одним чиновником, после которого все расходятся при своем мнении - том же самом, с которым и пришли на встречу. В принципе, в этом - вся сегодняшняя картина наших отношений. Слушать друг друга готовы, но слышать не хотим. И, может, не услышим - разный менталитет, другие традиции, совсем другие лица прохожих на улице. Улицы Европы, кстати, удивительной чистотой, как ни странно, не удивили. Вечером, когда мы, только прилетев в столицу Бельгии, вышли на прогулку, над Брюсселем летали пустые пакеты, пластиковые стаканчики и обрывки газет. Но тут дело, наверное, все-таки было не в том что на улицах не метут, и даже не в том, что сорят - просто осенний ветер у них настолько сильный, что поднимает в воздух все, что плохо лежит, и раскидывает. На подлете к столице Бельгии дуло с такой силой, что наш самолет трясло, болтало и иногда крутило в воздухе. Несколько пассажиров, вспомнив показанный перед вылетом фильм о том, как надо себя вести в ситуациях, когда воздушное судно попадает в зону повышенной опасности, свернулись калачиком: положили головы на колени, а руки вытянули вдоль ног. После минут десяти непрекращающейся тряски самолет наконец выпустил шасси и совершил совсем не мягкую посадку.

Окончание следует